Мне было одиннадцать.
Я соврала в ближайшей столовой, что мне двенадцать.
Это был минимальный возраст для работы.
Для своих лет я была высокой и всегда казалась немного взрослее остальных.
Меня взяли.
Я невероятно гордилась.
У меня была настоящая работа.
Я была самостоятельной.
Сначала я работала помощницей мойщицы посуды.
Посуда поступала через окошко.
Её мыли в огромных раковинах, таких глубоких, что я не доставала до дна.
Комната была маленькой, грязной и пропитанной жиром.
Я её ненавидела.
Позже меня перевели в зал.
Я убирала посуду со столов и вытирала столы вонючей жирной тряпкой.
Это была работа получше.
Можно было двигаться.
Столовая была светлой.
Я работала по восемь часов в день.
Шесть дней в неделю.
Как и все остальные.
За окном было лето.
Оно всё время звало меня.
А я мечтала о велосипеде.
Об одной определённой модели.
Светло-голубом.
Блестящем.
Я представляла, как еду на нём.
Представляла, как люди смотрят.
Лучше всего было то, что я куплю его на собственные деньги.
Заработанные мной самой.
В последний рабочий день я получила зарплату.
Пачку банкнот.
Но этого не хватило.
Я ошиблась в расчётах.
Я пришла домой и сказала маме, что мне нужно совсем немного,
чтобы купить велосипед.
Тогда я услышала, что они уже договорились между собой, что мой брат, который был на пять лет старше, получит мотоцикл.
Мама сказала: «Отдай свою зарплату, и мы купим твоему брату мотоцикл.
А велосипед будет у тебя позже.» Мотоцикл был огромным.
Красным.
Блестящим.
Несколько раз меня брали покататься.
Я чувствовала себя важной.
На мгновение я тоже была частью этого.
Через несколько месяцев я получила свой велосипед.
Лето уже сменилось осенью.
Я помню последний солнечный день.
Я ехала на своём новом велосипеде.
Солнце тихо мерцало на его раме.
Я ехала осторожно.
Я совсем не была опытной велосипедисткой.
Я всё время боялась упасть.
Я заранее продумывала, как принять удар на колено и руку, чтобы велосипед не ударился о землю и не поцарапался.
Он был у меня.
Мой небесно-голубой велосипед.
Моё самое большое сокровище.
И всё было именно так, как я представляла себе там, в той жаркой, душной комнате для мытья посуды.